Воспоминания яхтсмена или... (1)

 

Воспоминания яхтсмена или... (1)

Воспоминания яхтсмена или рекомендации будущим яхтостроителям.



В жизни каждого человека происходит масса событий, иногда незначительных, порой поучительных, зачастую забавных. В основном все их знания, весь опыт уходит в вечность вместе с нами, так никому и не переданный. Я, по всей видимости, не страдаю излишней скромностью, поэтому позволяю себе занять внимание благородных читателей эпизодами своих воспоминаний, связанных с морем и яхтой. Помните слова песни Ю.Визбора:
«Я когда-то состарюсь,
Память временем смоет...»?
Так вот, пока еще не настал в моей жизни сей плачевный момент, разрешите мне напомнить о себе, предложив вашему взору эпизоды нескольких лет жизни под названием

Воспоминания яхтсмена
или...
рекомендации будущим яхтостроителям.

В человеке изначально заложено стремление к путешествиям, к познанию таинственности мира за горизонтом. Море может быть тихим, штормовым, ласковым или злым и жестоким, но оно всегда манило своей суровой романтикой. Не многие остаются равнодушными при виде красавицы-яхты под наполненными свежим ветром парусами.
Вот уже более 10 лет, как я являюсь членом экипажа изящной яхты, имя которой уже известно во многих уголках Чёрного моря. Хотя до сих пор никто уверенно и однозначно не смог объяснить, что же означает её греческое название- «Иваноис». Его не стали менять, а просто переписали на борту «нашими» буквами. По своему предназначению парусно-моторная яхта «Иваноис» является туристическо-гоночной. Мы принимаем на ней участие во многих парусных регатах. Об этой стороне деятельности экипажа неоднократно рассказывалось в газетах. Но яхта - это ведь не только старты и финиши. Это ещё и тренировки, и увлекательные походы. Это переходы к местам проведения соревнований. «За кадром» оказываются такие «мелочи», как зимний ремонт, приобретение и проверка снабжения, оформление документов. И наконец яхта - это люди, это незабываемые встречи, интересные события, различные открытия, а зачастую недоразумения и казусы. А сколько дум передумывается на длинных переходах, особенно в ночные часы! Как правило, это всё остаётся нерассказанным. А ведь, наверное, многим хотелось бы заглянуть «за кулисы», прочувствовать вкус самой яхтенной жизни.
В своё время я «переболел» идеей постройки собственной яхты с благородной целью покорения на ней безбрежных просторов Мирового океана. Мне почему-то кажется, что некоторые из наших читателей тоже подвержены этой «неизлечимой болезни». Могу поделиться с вами, будущие покорители морей, своими мыслями по этому поводу и дать (нет, не совет) «информацию к размышлению». Спортивную же часть позволяю себе «сдвинуть» на второй план, сделав её неким фоном.
Кто-то однажды пошутил, что яхтсмен - это национальность. А я это шуткой не считаю. Ведь эти одержимые целеустремлённые люди несколько выделяются из общей массы. Среди этих «морских искателей приключений» нет тех, кто занимался бы бессмысленным покорением стихии. Они уважают и любят её, попросту живут в ней. И никому из них не взбредет в голову мысль поговорить с морем на «ты».
Но хватит наставительной лирики. Давайте-ка лучше обратимся к памяти, к воспоминаниям и размышлениям.
На «Иваноисе» я прошёл путь от шкотового ( т.е. матроса ) до капитана. И поэтому считаю себя вправе поделиться своими ощущениями и видением мира, как он воспринимается с борта «вечно прыгающего островка».
На ум, как правило, приходят какие-то разрозненные эпизоды яхтенной жизни, очень редко связанные в единую логическую цепочку. Моя первоочередная задача рассказчика будет состоять в том, чтобы как - то все эпизоды связать во что-то интересное, цельное.
Не только мне принадлежит мнение, что самое красивое побережье на черном море - это Южный берег Крыма. Впечатления и воспоминания о нём одни из самых ярких. Не один раз посещали мы берега легендарного полуострова. Основной целью наших походов к берегам Крыма было участие в парусной регате. Гонки крейсерских яхт проводятся ежегодно в начале лета и называются «Кубок автономной республики Крым». Маршрут начинается и заканчивается в Севастополе и проходит вдоль живописных берегов до Феодосии и Евпатории.
Итак, решено, в Крым! Но до Крыма, сколь бы рядом он ни находился, еще дойти надо. Неискушенный в морских делах читатель вправе заметить: «Да чего там долго-то собираться? Крым рядом совсем, рукой подать! Чумаки ещё туда дорогу протоптали. Глянь-ка на глобус полспички всего-то расстояния!» Но так может подумать сугубо «сухопутный» человек, никогда по морям ни на яхтах, ни на других малотоннажных плавсредствах не ходивший. Зато как четко он с линейкой, а может даже с измерителем, уже всё вымерял и на калькуляторе рассчитал. Всё «как в аптеке» - время убытия, время в пути, время прибытия. Но, друзья мои, яхта у нас всё-таки парусная и, как ни крути, от ветра в большой зависимости. А ветер, как общеизвестно, не всегда дует в нужную вам сторону. Кроме не всегда «правильных» ветров и течения разные там имеются, и «рифов» множество великое скитальцев - мореплавателей на пути подстерегает. Почему, спросите, я такое «опасное» слово «риф» в кавычки взял? А потому, что до настоящих рифов нам с вами ещё далеко, сперва «рифы» береговые преодолеть предстоит.
Конечно для умудрённых опытом «морских волков», за которыми к тому же стоит сильная платёжеспособная организация, «рифы» эти слишком большой опасности не представляют. А вот для частных лиц, да к тому же и начинающих яхтсменов, это зачастую очень трудно преодолимый барьер. Следующее отступление вполне вероятно охладит пыл довольно большой части романтиков моря, мечтающих обзавестись собственной яхтой. Я намерен включить в свой рассказ «информацию к размышлению» для будущих яхтостроителей. Вполне возможно, что именно такие «вставки» помогут некоторым мечтателям сохранить силы, средства и ... семью.
Отступление 1.
Вот закончилась зима, месяц весны уже пролетел. Всё цветёт, птички из тёплых краёв возвращаются. А вы к этому времени закончили зимний ремонт своей яхты. Можно её и на воду уже спускать. Но только не забудьте предъявить её (а также, снабжение и документацию) инспектору Регистра. Привозите вы его к яхте за свой счет, услуги его оплачиваются почасово. После его проверки через несколько дней (при условии, что нет замечаний) вы получите на руки «продлённые» документы. Процедура эта обязательная и ежегодная. Обойдётся она вам в зависимости от водоизмещения и мощности двигателя от 20 (надувные лодки) до 1500 (мощные моторные яхты) гривен. С нашей яхты плата 250 гривен. Если позволите, ещё несколько слов об упомянутом выше снабжении. Обязательный его перечень включает в себя около 30 пунктов. Для примера - это спасательный плот, круги и нагрудники, сигнальные ракеты, радиостанции, медикаменты и т.д. Для приобретения этого будущего залога вашей безопасности на воде следует выделить от 10 до 30 тыс. гривен. Да, и не забудьте при этом, что всё имеет сроки годности и в большей части подлежит ежегодной проверке на специальных станциях. От этой процедуры бюджет ваш потеряет уже не так много - каких то 1,5 или 2,5 тыс. гривен ежегодно. Но вот многотрудная эта эпопея завершена. Деньги уплачены, печати поставлены, можно маленько и дыхание перевести. Первый «риф» мы проскочили. Теперь остаётся всего - ничего - перерегистрировать на погранзаставе судовой билет, получить дератизационное и пожарное свидетельства, определить девиацию компаса, откорректировать навигационные карты. Это будет стоить в целом уже «сущие пустяки» - всего каких-то 200 гривен. Теперь заправляемся топливом, водой и... Стоп, кто сказал: «Можно паруса поднимать»? Ишь ты, прыткий какой нашёлся! Теперь можно вызвать на борт инспектора портового надзора. Всё, что ранее уже было проверено и проштамповано теперь надлежит предъявить ему. Если всё в полном порядке, то будет составлен соответствующий акт - и можете считать себя уже «на коне». Всё, проверки пройдены, запах свободы в воздухе витает, душа поёт, можно... Да нет же, ещё не паруса поднимать. А что, простите, в рейсе кушать будете, а на чём, извините, готовить? Сперва продуктов бы закупить не помешало. Да и баллоны для плиты газом заправить, не забыть бы. Траты здесь сугубо по желанию, от личного аппетита исходят. Но вот теперь всё. Почти всё, экипаж с личными вещами (в том числе и тёплыми), с паспортами на борту собрался, всё закуплено, заправлено, с делами разобрались, с родными попрощались, можно и ... Снова вы пытаетесь опередить события, паруса поднять раньше времени. Сейчас надлежит для личных вещей уголок определить, всё надёжно укрепить, яхту выдраить. А я в это время пойду в таможню, карантин и портнадзор документы на право отхода оформлять. Но прежде для них нужно специальные бланки заполнить, да «судовые роли» написать. «Судовая роль» - это список экипажа с указанием всех лиц на борту, их званий, должностей, номеров дипломов и паспортов. Таких «Ролей» нужно не менее 6 штук. Так вот когда на такой «Роли» будет красоваться печать портнадзора, разрешающая выход в море, то можно... И снова, какой уж раз нет, не паруса поднимать! Ещё ведь нет самого главного штампа - пограничного! Правда, уже вечер, несколько поздновато, могут и не выпустить до утра.
Да, так и есть, на заставу прихожу слишком поздно. Они там люди конечно покладистые, добрые, но закон есть закон! Его пункты хоть и не по душе всем яхтсменам, зато очень просты и понятны. А именно: выпустить вашу яхту могут только до следующей погранзаставы, в светлое время суток, при хорошей видимости и в прибрежной двухмильной зоне. На следующей заставе вам поставят штамп до следующей и так, по «столбам» через недельку вы до Севастополя и доплетётесь. В этом месте очень хотелось бы доброе слово о пограничниках порта Южного молвить. Да и не пограничники они вовсе, а КПП. Полномочий у них больше гораздо, они вправе отпустить вас до конечной точки вашего похода. Но даже КПП ночью яхту выпускать из порта не имеет права. Не спеша, возвращаюсь ни с чем. Решаю, что нужно как-то отгородить уставших за день членов экипажа от соблазнов берега. Запускаем двигатель и под угрюмые взоры и мрачные мысли команды выходим на акваторию парта, где на ночь становимся на якорь. Да и почему бы не постоять ещё немножко в родной гавани. Ветра всё равно нет. Обстановка в порту до боли привычная - работа кипит, краны скрипят, грузчики матом кроют. Приготовили ужин, не спеша утолили накопившийся за день голод, после чего успокоившийся экипаж погрузился в сладкий сон.
Рано утром, уже безо всякой спешки и нервотрёпки дооформили недостающие формальности, разрешение на выход из порта получили и, хоть уже никто в это не верит, можно, наконец отправляться в Крым. Но прежде, чем отойти от причала родного, хочу спросить: никто ещё не разуверился в парусном спорте, у всех ли ещё жива мечта о своей яхте? Ну что же - «безумству храбрых поём мы песню!» Отдать концы! Поднять паруса! Полетели! Наступает самое спокойное, самое счастливое для яхтсмена время - в море можно на некоторое время расслабиться, забыв о документах, докладах, наставлениях и указаниях. В открытом море мы сами себе хозяева!
Интересно отметить, что когда уходишь в более или менее продолжительное плаванье, то воспринимается это несколько необычно. Ощущение, как будто дверь за вами захлопнулась. Как бы граница некая пролегла между прежней жизнью, на берегу и нынешней, на яхте. И как бы ни захотелось - назад дороги нет. А оставшаяся там, за горизонтом жизнь продолжит свой бег пока без вашего участия и непосредственного вмешательства. А Вас за чуть подёрнутой дымкой далью ждёт открытие нового мира.
Само собой разумеется, что совершенно безотказному закону пакости благоприятную погоду из-за задержки с выходом мы прозевали. Дует хоть и попутный, но уж больно сильный ветер. В рамках расширения кругозора, если позволите, немножко о ветрах. Они по силе «дутья» разделены на 12 баллов. Каждому баллу имя своё дано. Начинается список со штиля, продолжается крепким ветром и заканчивается, конечно же, ураганом. Все ветра желательно знать. И отнюдь не из-за большой к ним любви. Интерес здесь сугубо практический. К примеру, услышал, что ожидается ветер 15 - 18 м/сек, т.е. очень крепкий - парусов поднимать меньше надо, всё, что и так уже закреплено - закрепить ещё лучше, в непромокаемый костюм облачиться, страховочный пояс надеть. Ещё, так, на всякий случай, нелишне будет повторить правила пользования аварийно - спасательным снабжением и хорошо закрепить в памяти места его хранения.
Так вот, вышли мы в такой крепкий ветер. Пока берег рядом был, и волне было негде разгуляться - все чувствовали себя героями - победителями. Но примерно через час каждый из находящихся на борту в полной мере начал ощущать всю подкожность и мерзость попутного шторма. У некоторых даже начал зарождаться вопрос о целесообразности лишений, на которые он сам себя обрёк, решив однажды стать яхтсменом. Кстати, на сегодняшний день ещё никто не дал чёткого объяснения - по какому принципу морская болезнь себе жертву выбирает. Ведь зачастую новичку, впервые попавшему в такую переделку, всё нипочем. А умудрённый опытом «морской волк», заслуженный яхтсмен, бревном эдаким, бездыханным валяется. И только иногда, почувствовав неудержимый зов природы или непреодолимое желание «попугать унитаз», в туалет с трудом продвигается. А кто же, скажите на милость, опыт многолетний «зелёной» молодёжи передавать будет? Хотя при желании и в шторме можно уловить не только «прелесть» укачивания. При определённом полёте фантазии некоторые могут найти в нём своеобразное наслаждение, сравнимое разве что с сексуальным. Нет, вы себе только представьте! Крутая волна вас качает, с бока на бок перекачивает, роняет, подбрасывает, снова роняет. Движения настолько ритмичные, что организм балдеет и ещё просит. Море просьбу удовлетворяет. И с ростом волнения все удовольствия начинают аж зашкаливать, постепенно стремясь к беспределу.
Каждый хочет постоять за рулём яхты. Всем не терпится поскорее сжать в руках штурвал, слиться с ним, с парусами, с волнами и ветром. К концу похода рвения заметно поубавиться. Но пока все хотят почувствовать некую власть над стихией, убедиться в том, что они тоже на это способны!
Так уже получилось, что из-за затянувшегося зимнего ремонта, из-за непростительно долгой «раскачки» и сборов, экипаж потерял драгоценное время для тренировок. А заодно растерял и должную квалификацию. Доходит порой от вещей комических до непростительных ошибок и просчётов даже в «стандартной» ситуации. Особо одарённо - забывчивым некоторые вещи приходится напоминать. Лучшие результаты по воскрешению памяти с последующим запоминанием даёт использование трудно переводимой на чужой язык, но такой понятной и родной «ненормативной» лексики.
Через несколько часов «полёта» впереди и чуть слева от курса показалась низкая полоска земли. Это Тендровская коса, известная мореходам ещё глубокой древности, названная Гомером «Ахиллесовым Бегом». По сути Тендра - это остров, состоящий из песка и рождённый встречными течениями из Днепро-Бугского лимана и от берегов Крыма. С воздуха коса напоминает тонкую стрелу, протянувшуюся с востока на запад на 35 миль при средней ширине 100 метров и высоте 2-3 метра. В западной части, к которой мы сейчас стремительно приближаемся, установлен маяк. Рядом с ним затаилась пограничная застава. И вот уже первый на нашем пути «Лебедь», а именно такой позывной у береговых пограничников, охраняющих побережье, уже «засёк» нас и в радио эфире раздаётся: «Яхта, следующая курсом 1500 на расстоянии 2 мили от Тендровской косы, прошу ответить «Лебедю - 13». Надо ему от нас название яхты, количество людей на борту, фамилию капитана и путь следования. Для того, чтобы правильно было понято непривычное для наших мест название нашей яхты, мы часто вынуждены произносить его по буквам. Что это такое? Существует узаконенный перечень имён людей, которые чётко можно разобрать в эфире. Чтобы сразу всё стало ясно, я попросту приведу название нашей яхты в такой интерпретации. «Иван, Владимир, Анна, Нина, Ольга, Ирина, Степан». Вот из первых букв этих имен и получается «Иваноис».
Идем вдоль Тендры. Она волну собой прикрыла. Благодать! Мечта всех яхтсменов - ветер хороший есть, а волны нет. И мы эдак резвенько вперёд по тихой воде рванули, углубляясь постепенно в Каркинитский залив. Проходим мимо давно выброшенного на берег исследовательского судна «Мгла». В памяти невольно всплывают слова из напутственной фразы мореходки: «Помните, море ошибок не прощает!»
Вскоре доходим до мысочка Белые Кучугуры. На нём развалины бывшего сезонного рыбачьего хуторка. Камня на косе нет. Зато есть миллионы тонн песка и ракушек. Народные умельцы привозили с собой цемент, замешивали в форме с ракушкой и из полученных таким образом «кирпичей» домики строили. Кирпичики довольно крепкими получались. Как-то в один из походов заходили мы сюда. Пробовал я пальцем несколько ракушек выковырять. Акт вандализма не удался. Только время нумолимое не пощадило этот своеобразный памятник человеческой изобретательности. Сейчас только стада диких (точнее одичавших) лошадей бродят среди полуразрушенных построек.
От этого места поворачиваем от «милого севера в сторону южную». Если сохраниться такой ветер, то к утру мы сможем рассмотреть впереди у самого горизонта вожделенные берега древней Тавриды. Низкая полоска земли за кормой вскоре как-то незаметно растворилась за чётко очерченным кругом пустынного горизонта. Вот и чаек не стало. А теперь и ветер утих, как будто кнопку вентилятора кто-то не нажал. Успокоилось море. А сверху, оттачивая мастерство в садистских наклонностях, нас поджаривает раскалённое солнце. И миллионы солнечных «зайчиков» на водной глади слепят глаза. Яхта остановилась с обвисшими парусами. Сейчас она напоминает человека, который что-то потерял, и стоит в растерянности с опущенными руками. Делать нечего - убираем ненужные пока паруса. Запускаем двигатель и под его мерный рокот продолжаем двигаться к намеченной цели. Один человек ведёт по курсу яхту, остальные же предались послеобеденной дрёме на горячей палубе. Яхта сейчас напоминает скорее лежбище ленивых моржей, чем спортивное судно.
Чередуются вахты. Все по очереди что-то рассказывают. Ближе к вечеру ветерок потянул. Снова подняли паруса, двигатель остановлен и в наступившей тишине скользящая по морской глади яхта медленно погружается в сгущающиеся сумерки наступающей южной ночи.
Вокруг чернота. Только светящийся серебристый след за яхтой тянется. Тепло. Свиста ветра в снастях не слыхать. Вдоль борта мерно журчит вода. Небо чистое в вышине. В такие моменты все стараются лечь на палубу, устремив свой взор, на знакомые по учебникам созвездия и проникая мыслью в недосягаемые глубины Космоса. В городе, даже в ясную погоду такую изумительную картину не увидишь – слишком много вокруг света. А в море безбрежном Млечный путь аж в воде отражается. Почти все ищут ответ на один и тот же вопрос – неужели мы одни в этой необозримой Вселенной? Не может же быть, чтобы в этих просторах, куда даже мысль с трудом добирается, не было больше разумной жизни.
Вдруг все одновременно вздрагивают, мгновенно забывая о вечности Вселенной. Из тишины, из черноты ночи доносится всплеск и тяжелый глубокий вздох. От неожиданности все оцепенели. В этот момент у самого борта появляется стая дельфинов. За каждым из них тоже светящийся след тянется и поэтому их даже в глубине рассмотреть можно. Минут двадцать яхта следует в сопровождении «почетного эскорта». Затем, так же внезапно, как и появились, дельфины исчезают. Оживление на борту постепенно угасает, народ на палубе снова занялся созерцанием космических глубин. В скором времени члены команды, которым через несколько часов предстоит заступать на вахту, удаляются на отдых. Мы, остаёмся наедине с ночью, звёздами и тишиной, нарушаемой только ласковым плеском тёплого моря. О, что за прелесть эти ночные вахты! Но ведь мы пришли на яхту по своей воле, пришли для получения удовольствия. Ночные вахты тоже включены в «сервис». И коли начали получать удовольствие, то, будьте любезны, получите всё сполна.
Начинает сереть. Постепенно светлеет краешек неба на востоке. Одна за другой «выключаются» звёзды. Уже можно точно указать место, где вот-вот появиться солнце, ознаменовав собой начало нового дня. С невидимого пока ещё берега долетает утренний, особо чистый свежий воздух. Меняемся с вахты, доверяя встречу утренней зари поднятым, но так до конца и не разбуженным товарищам.
Со стремительно разгорающимся рассветом появляются чайки. На юге, у самого горизонта, как сказочный караван верблюдов, цепочка кучевых облачков тянется. Всё это признаки того, что вскоре и спящая подвахта и полусонная вахта на палубе будет разбужена неизменным ещё со времен древних мореплавателей, радостным криком: «Земля!!!»
Вот он, благословенный Крым, хранитель несметного количества легенд. Вот он перед нами, энергетический центр Земли, воспетый тысячами поэтов, художников и отдыхающих. О сколько же народов за всю твою историю хотело назвать тебя своей собственностью!
Вышли в район небольшого городка Черноморское. Хотя история его уходит с корнями в глубину веков , когда еще в период расцвета Херсонеса он назывался Колос-Лимён, городок таким же небольшим и остался. Доложили очередному «Лебедю» - кто, сколько, куда – и с пожеланием счастливого пути и с ветром «в лоб» начали продвигаться на запад. Берега здесь, в северной части Крыма вовсе неприветливые – ровная, пыльная, знойная степь, круто обрывающаяся в море метров с двадцати. Населенных пунктов очень мало. Глазу «зацепиться» совершенно не за что.
Мало-помалу дошли к обеду до мыса Тарханкут. Все конечно же знают, что это самая западная точка полуострова. Но наверное не все знают, что это своеобразная Мекка для любителей подводного плаванья. Берега изрыты гротами, много надводных и подводных скал. А в памяти проносятся воспоминания прошлых походов, связанные с этим местом. Тогда мы здесь шли ночью. Погода оставляла желать лучшего. За Тарханкутом нам бы сразу на Севастополь курс проложить, да ветер за мысом совершенно другой, встречный. Продолжаем «тянуть» галс на запад. Разошлись совсем близко с пассажирским теплоходом. Он весь в огнях, на палубе музыка играет, пассажиры жизни радуются. Они тоже море любят, тоже романтики. Но их романтика в большинстве случаев несколько своеобразна. Она подразумевает медленный отход от причала под звуки «Прощанья славянки». На берегу толпы провожающих, среди которых доброжелатели и завистники, поклонники и конкуренты, друзья и собутыльники, а так же жёны в слезах и дети в соплях. А «романтики» с видом независимым не спеша по палубе прогуливаются в предвкушении обилия еды и питья. А в морском озоне они уже улавливают запах приближающихся сексуальных штормов.
Сдаю вахту и отправляюсь в каюту в предчувствии теплой «берлоги». Но вдруг слышу по УКВ радиостанции взволнованный голос капитана «пассажира». Воспитанный видимо в духе шпиономании, стремиться засвидетельствовать свою благонадежность и поэтому докладывает «Лебедю» о том, что только что разошёлся с большой яхтой, направляющейся предположительно в сторону нейтральных вод. Пришлось перехватывать инициативу. «Поблагодарив» от души «доброжелателя» за проявленную бдительность, объясняю «Лебедю» - кто, сколько, куда. После этого ложимся на другой галс, который должен привести нас к Евпатории. Добираюсь в конце концов до койки в надежде хоть на небольшой отдых. Берег довольно далеко, судов не видно, глубина 80 метров. Но отдых на качающейся, прыгающей кровати, к тому же наклоненной на одну сторону под углом 300-400 – понятие весьма относительное. А отдых капитана – понятие ещё более относительное, точнее просто условное. Его обязаны поднять при первой же опасности или непонятной ситуации. И реагировать он обязан мгновенно, никого и никуда спросонья не «посылая». В общем, не прошло и 30 минут, как я был поднят взволнованным голосом вахтенного: «Иди скорее на палубу, глубина резко уменьшается!!!» «Вылетаю» наверх. Яхта летит в ночь, волны о борт рушатся, маяк вдалеке мигает. Смотрю на эхолот и явно ощущаю, как пот холодный по спине заструился – глубина 4 метра, 3 и сразу же – 2. Это при нашей осадке 2,1 метра! Общее оцепление. И тишина… Никто ничего ни сказать, ни сделать не в состоянии. Все ждут чего-то неизбежного. Перспектива пребывания на мели, особенно ночью, да ещё в шторм – это не самое увлекательное занятие. К тому же это изрядно портит настроение. А мель, всё сокрушая, сама ведь остаётся несокрушимой. Прошло 5,10 секунд вечности. Глубина уже 2, затем 1 метр. Даже зажмуриться сил нет. Все ждут удара… Но вдруг эхолот «скатывается на 10, затем 15 метров и сразу 60, 80. Потом, уже в Севастополе, нам объяснили, что такое явление в районе Тарханхута – не редкость. Причиной этому – круто поднимающееся дно и много подводных скал. Течения холодных глубин из-за этого резко поднимается к поверхности, где смешивается с теплой водой. При этом образуются участки со слоями различной плотности, на которые так чётко реагирует эхолот. Но всё это мы узнаем гораздо позже, а в ту ночь всем ещё долго было не до сна.
Сильно качает. С каждой разбившейся о борт волной одежда начинает всё больше намокать. На такой качке пристёгиваться не мешало бы поясом страховочным. Но ведь с парусами работать надо, по палубе передвигаться – вот пока и не пристёгиваемся. И если при этом не имеешь большого желания вывалиться с борта в тяжёлые волны, то как минимум тремя конечностями за всё, что не движется, «мёртвой хваткой» цепляться должен. В такие моменты совсем не до эстетических красивых поз. При этом ни на мгновение не рекомендуется забывать о всяких там движущихся частях такелажа и рангоута. Для подавляющего числа многоуважаемой армии яхтсменов знакомство с рангоутом яхты начиналось конечно же с его величества Гика. Гик – это такая металлическая или деревянная горизонтальная балка, которая одним концом крепится к шарниру на мачте и может пролетать с одного борта на другой на высоте в половину вашего роста. При этом она сметает всё на своём пути подобно мечу янычара. Надо отметить, что гик этот очень хитер и коварен. В гневе же он просто опасен. При беготне по палубе или при выходе из каюты голова вполне может с ним встретиться. В зависимости от силы удара это может быть либо полный нокаут, либо просто мощный сноп искр из глаз. Сопровождается это набатным звоном в голове. Окружающим такой звон внятно довольно слышен, так как гик в таких случаях выполняет ещё и роль некоего камертона – резонатора. Когда искры и гул пройдут, до затуманенного ещё сознания очередного «счастливчика» доходит назидательно – злорадная короткая фраза «доброжелателей»: «Это гик! Запомни!» Кстати, при повороте, а особенно непроизвольном, нужно ни на мгновение не задумываясь падать в кокпит, как в окоп. Этим вы предохраните свою голову от ран, а гик от очередной вмятины.
Далеко на западе, у самого горизонта видны платформы трёх стационарных буровых вышек. Сейчас они не действуют. На крайних горят огни, а на средней – ничего нет, ночью она совершенно не заметна. Первое близкое знакомство с этим опасным для плаванья районом у нас состоялось несколько лет назад. Тогда яхта принимала участие в первой и последней регате «Одесские каникулы-97». Это был мой дебют в качестве капитана. Шли мы тогда из Одессы в Евпаторию. В район вышек попали тёмной ночью в сильный шторм от юга. О силе ветра и волн можно судить по тому, что на одном из шедших рядом с нами катамаранов сломалась мачта. Ещё днём, как позже выяснилось, утонул катер на подводных крыльях, на котором организаторы и судьи соревнований намеревались обогнать яхты и в Евпатории принять их финиш. К слову, всех потерпевших спасли тогда подоспевшие пограничники. Да, так вот, несёмся мы в ночь, в темноту. Ветер воет в снастях, брызги от огромных невидимых в темноте волн вперёд смотреть не дают. В «свободном» плавании мы конечно район этот обошли бы «десятой дорогой». А тут гонка. Отстать не хочется. Летим как раз между двумя вышками, напоминающими ночью светящиеся городки. Расстояние между ними около шести миль. Вдруг огни левой платформы как-то беспорядочно замигали. А через мгновение я ощутил, как поднимающиеся волосы шапочку вязанную с головы стягивают. Это до меня «дошло», что никто огнями не балуется. «Выключателем» огней были сваи неосвещенной средней платформы. Проносимся мимо ржавой, обросшей ракушками «железяки» в какой-то сотне метров. Кстати, несмотря на 15-ти метровую высоту платформ, с палубы одной из них однажды не то штормом, не то смерчем было снесено всё оборудование. Да, встреча с этой железной «морской красавицей» не сулила бы нам приятных воспоминаний, а скорее была бы последней для нас и для яхты. Любителям излишнего адреналина можно порекомендовать попасть в подобную ситуацию. Ощущение полного «кайфа» долго не покидает вас после этого. Оно наверное сродни тому, если бы вы выпрыгнули из самолёта и только после этого осознали, что совсем забыли … надеть парашют.
Проходим мыс, на траверзе Донузлава теряем из виду берег. И пока смотреть не на что, давайте-ка в очередной раз подпортим настроение желающим строить собственную яхту. С документами и снабжением яхты я уже вас вкратце ознакомил. Но мы приняли тогда допущение, что сама-то яхта уже есть. А если её только предстоит строить? Ну вот и давайте начинать.
Отступление 2
Итак, вы закончили процесс убеждения самого себя в абсолютной необходимости осуществления своей заветной мечты – строительстве собственной яхты. Ну что ж, с Богом, дорогие мои корабелы. Конечно же вам не терпится поскорее взять в руки топор, молоток и ещё что-нибудь и начать тут же сколачивать корпус будущей «повелительницы морей». Но давайте всё же не будем торопиться с началом строительства. Отложим пока в сторону плотницкие инструменты и неспеша попробуем определиться по трём фундаментальным вопросам: что строить, из чего и где. В скором времени вопросов появится сотни. А сейчас надо озадачиться наверное самым основным вопросом – где взять деньги на осуществление мечты? Не сомневаюсь, что если не сразу, то очень-очень скоро вопрос поиска «лишних» денег напрямую коснётся вашего семейного бюджета. И если вы не «предприниматель», то для стартового капитала вы скорее всего продадите машину, гараж, ну и ещё «что – нибудь ненужное». А пока ещё факт продажи не случился, разрешите полюбопытствовать: проект яхты вы выбрали в журнале или будете творить что-то своё?
Если «что-то своё», то следующий вопрос-а как у вас с теорией устройства судов дела обстоят, ведь яхту сперва нужно спроектировать, затем вычертить всё на бумаге до мельчайших узлов и деталей. После этого вместе с расчётом прочности, устойчивости и непотопляемости Регистра. Если же вы такими способностями не обладаете -можно воспользоваться услугами проектантов –корабелов. Как правило это стоит примерно одна четвёртая часть от стоимости будущего вашего детища. Думаю, что денег, вырученных от продажи автомобиля, будет на это не достаточно. Нет, конечно же можно без проекта, без документов сэкономить на этом кучу денег. Но вот только «плавать» на своей яхте вам прийдёться в «акватории» того огорода, на котором и велось строительство. Ведь без изначального проекта никто вам эксплуатационных документов не выдаст. А без документов, как вы уже наслышаны, на воду яхту не спустишь. Давайте для краткости сделаем кое-какие допущения. А именно: проект разработан, утверждён, овладев профессиями плотника, столяра, сварщика, маляра вы построили корпус в чьём-то, взятом в аренду огороде. Прошло уже несколько лет без отдыха и без сна. На работе к этому времени неприятности, в семье- неприятности, с друзьями не общаетесь- некогда. Но зато УРА! Корпус готов! Вы уже предчувствуете скорое завершение строительства. О, Господи, какая непростительная наивность. Ведь вы считаете, что поставили точку в целой повести. А я говорю, что это только лишь поставлена точка в конце первого предложения. Как, у вас уже денег нет? Вот не задача- то! Ай-ай-ай-ай! Но ничего, не отчаивайтесь. Есть ведь ещё квартира трёхкомнатная. Ведь такое дело нешуточное затеяно, как строительство яхты – квартиру продать! Палатку купить. А на разницу между продажей жилплощади стационарной и покупкой переносной можно закончить отделку корпуса и докупить недостающее пока оборудование. Примерный список будущих приобретений, без которых яхта вовсе ни на что похожа не будет, я сейчас постараюсь привести. Конечно список не полный получиться может, но вы в процессе строительства его сами уже дополните. Итак, что ещё нужно? Это: мачта, двигатель, аккумуляторы, тросы, канаты, паруса, оборудование санузла(умывальник, унитаз), камбузная газовая плита с баллонами, навигационное, радио и спасательное оборудование, помпы, баки для воды и топлива, провода, лампочки, измерительные приборы и т.д. К этому времени жена конечно же от вас уйдёт – жить в палатке да ещё зимой, честно говоря, несколько неуютно. Ведь вы семимильными шагами к цели своей заветной и идёте! Дай Бог вам сил. Ведь это ещё далеко не конец ваших «яхто-мучений»!
Ну вот, за разговором мы как-то не заметили, что проскочили Евпаторию, снова оказались вдали от берега и снова его увидели уже в районе Севастополя.
Уже за полночь. Последний «Лебедь» дал нам «добро» на вход в бухту Севастополя и медленно, в полном безветрии под рокот двигателя яхта уже проходит мимо Константиновского ровелина. Несмотря на столь поздний час с берега доносится воздух, насквозь пропитанный ароматами шашлыков и пива. Швартуемся у гостеприимного причала яхт-клуба КЧФ. Встретили нас приветливо, место дали хорошее. Так как прибыли мы на соревнования, то никто денег за стоянку у нас не просил, требований безумных не выставлял, козней не чинил. Можно расслабиться и немножко отдохнуть от первой порции романтики, от довольно тяжёлого морского перехода, где:
«Штормовой волной через борт
Нас крестил океан седой.
Мы авралам теряли счёт
Между палубой и водой…»
Много всего было на этом довольно коротком переходе. Я рад, что все живы и здоровы, хотя и являют собой сейчас живописную группу небритых суровых мужиков, а не «благородных покорителей морей». Те, кто даже мысленно прошёл с нами этот путь, простят нам эстетически неприятный вид. Это ведь вовсе не из-за лени. Просто тот ежедневный обряд умывания и бритья, который дома совершается как-то незаметно, весьма проблематичен в условиях бесконечной беспорядочной качки.
Тихое утро. Не качает. Приютивший нас яхт-клуб живет своей жизнью. Сегодня у нас свободный день. Экипаж не спеша привел себя в порядок, помыли яхту, позавтракали. Теперь каждый может заняться своим делом – одни предпочтут пиво местное продегустировать, другие – с местным народом яхтклубовским общаться, третьи – на экскурсию отправятся. А посмотреть здесь есть на что. Севастополь, стоящий на берегах самой большой – 8 км. – бухты Крыма, богат своей историей. Вырос этот красивый город на месте некогда могущественного Херсонеса Таврического (от греческого «херонес» - полуостров Тавров), основанного ещё в 422 году до н.э. и просуществовавшего почти две тысячи лет. Русские называли его Корсунем. В 988 году город был взят Киевским князем Владимиром. Здесь же Владимир принял крещение, отсюда в столицу Киевской Руси была привезена первая икона. Прекратил своё существование древний город после вторжения полчищ Золотой орды. А в 1778 году в конце Ахтиярской (ныне Севастопольский)бухты, невдалеке от сохранившихся руин по приказу Суворова были построены первые укрепления. Отсюда и берёт начало Севастополь, вполне оправдавший за свою историю своё имя – «Величественный город», «Город славы». Что ещё можно рассказать об этом красивом городе на холмах? Вот, например, из цикла «Самый-самый». Это самый большой по площади (77000га) город в Крыму, здесь находится самая протяженное здание (393 метра) и самый большой аквариум на Украине, в нём наибольшее количество лестниц (82), в районе Севастополя сконцентрировано 23 бухты. Город славы изобилует парками, скверами, знаменитыми историческими местами, в нём 1,5 тысяч памятников. Слава городу в разные годы принесли, к примеру, такие знаменитые адмиралы, как Нахимов, Ушаков, Корнилов, Лазарев. Но первый русский памятник поставлен здесь не им, а командиру прославленного брига «Меркурий» Козарскому. На памятнике начёртаны назидательные слова: «Потомству в пример». В сотне метров от него – символ Севастополя – памятник затопленным кораблям, рядом – столь же знаменитая Графская пристань и памятник Нахимову. Над самой бухтой взметнулся ввысь обелиск славы, очень похожий на высокий парус яхты. Совсем рядом с ним огромный монумент – матрос и солдат с ружьями наперевес Советскую власть защещать бегут. А чтобы эти медные колоссы далеко не убежали, народ предпреимчивый порешил спереть у них обувку. Вот и застыли они без своих медных ботинок, а со стороны кажется, что стоит монумент на костылях. Над всем же этим, на высоком зелёном холме, на фоне одной из церквей какой-то дядька каменный дорогу в светлое будущее указывает.
Вечером, вдоволь насмотревшись местных достопримечательностей, посетив парк у бухты Омега, где происходило торжественное открытие регаты, наобщавшись с местным людом, все вернулись в «родные пенаты». Можно теперь расслабиться, не спеша, в спокойной обстановке за целый суматошный день нормально поесть. И пока готовится вкусный ужин, давайте-ка я попробую представить вам, наконец. Членов экипажа.
Первым хотелось бы назвать Виктора Куклина. Хоть он это и отрицает, но всё же именно он является «главной скрипкой», душой экипажа. Виктор единственный из нас, чьё место работы – именно яхта. Он боцман. Яхту он знает лучше всех и работа на её борту у него находиться всегда. Во время и походов, и гонок он занимает почётное, ответственное, но очень уж «мокрое» и опасное место бакового матроса (для непосвящённых объясню: бак – это нос любого судна). Надо сказать, что яхта, как правило даже на небольшой волне не сколько «зарывается» носом в воду. При этом тот, кто работает там с парусами почти всегда либо только в мокрой обуви, либо полностью в мокрой одежде, тат как периодически погружается под воду вместе со своим рабочим местом. Стараниями нашего неутопимого боцмана яхта всегда вымытая и снабжена ничуть не хуже самых «крутых» представителей «крылатого» флота.
Помощником капитана на яхте – Василий Чалапко. Ему всегда поручается ответственные задания по оформлению экипажу командировок, ведение судовой кассы, настройка и управление вторым парусом – гротом. А ещё он всегда отстаивает честь нашего небольшого коллектива на праздниках закрытия регат – ещ никто не смог его «перетанцевать».
Миша Калэргин – самый сильный среди нас, наша «тягловая сила». В его основную задачу входит управление самым большим парусом – парашютом – спинакером. Так же он без устали крутит ручки шкотовых лебёдок.
Андрей Мизюкин – совмещает функции шкотового, механика и кока (повара по сухопутному). Освоил приёмы приготовления пищи практически в любых условиях. Хотел бы я посмотреть на ваши пытки приготовить хоть что-нибудь на плите, которая оказывается или далеко внизу и вы висите над ней, как коршун над гнездом куропатки, или высоко наверху, когда руки должны делать всё сами, без участия глаз. Если ещё не забыли, яхта вместе с вами и с вашими борщами совершает самые головокружительные резкие скачки в любых плоскостях и держаться за что нибудь надо очень крепко. При этом ни на мгновение не расслабляться и не забывать, что перед вами кастрюля или чайник с кипятком. А ещё всегда следует помнить, что за недоеденный остаток не спросят, а вот если кому-то не хватит… Как – то мы были невольными свидетелями негодования по поводу недокормленности экипажа на соседней яхте. Нам показалось, что несчастный кок, должен был узнать в этот день о себе и о своих ближайших родственниках (особенно о матери) гораздо больше, чем за все предыдущие годы своей жизни. Для уточнения здесь можно заметить, что если в экипаже не находиться самоотверженного человека, который соглашается «нести крест» приготовления пищи, то все готовят еду по очереди.
Володя Гудов – несколько медлителен, за то может самостоятельно разобрать и отремонтировать любой механизм.
Серёжа Цуркайло – наш постоянный специалист по электрической части.
Но в управлении яхтой, да ещё во время гонки, нет ни коков, ни электриков, ни боцманов. Есть единый слаженный экипаж. И у каждого своё место с практически одной задачей – управлять парусами. Так уже принято, что когда хвалят победителя гонок, то хвалят экипаж. А вот проигрывает гонку капитан. И вовсе не из-за того, что у кого-то яхта новее, быстроходнее. Мы не один раз бывали свидетелями, когда новёхонькая яхта очень сильно отставала от заслуженного «пенителя морей» с штопанными – перештопанными парусами. Ведь главное здесь – это опыт и слаженность экипажа, который приобретается в систематических тренировках «до седьмого пота». Если же этого нет, то яхта ваша приходит, мягко говоря, не первой и виновен в этом капитан.
Готов ужин. Честь и хвала нашему бессменному коку. Неизвестно какие бури нас ожидают впереди, а пока будем наслаждаться поглощением пищи в спокойной обстановке, пока нет нескончаемой болтанки во время которой с этим довольно привычным делом возникает ряд трудностей. И снова, чтобы долго не объяснять, давайте прибегнем к приёму сравнения. Думаю, что все должны знать такую распространённую детскую забаву, как качели. Так вот, представьте себе, вы садитесь поудобнее на такие вот качели. Не знаю чем вы будете держаться, так как вам дают тарелку с борщом, ложку, хлеб. Начинайте есть, а я буду вас раскачивать. Для начала не очень сильно – градусов этак на 30-40 в каждую сторону. При этом периодически резко буду останавливать сей маятник, дёргая то за одну, то за другую верёвку. Думаю, вы ярко уже представили, где будет ложка, где тарелка, а где (точнее на ком) тот горячий борщ. А для нас такие «качели» в виде яхты среди волн постоянно входят в неотъемлемый романтический «сервис», который мы все желаем здесь получить. А уловками принятия пищи в условиях качки овладеть надо. Это жизненная необходимость. В противном случае вы рискуете оставаться голодным, либо представлять собой довольно своеобразное зрелище. Нет, вы только представьте себе уважаемого яхтсмена, облитого горячим супом, с картошкой в волосах и с капустой на ушах. Зрелище конечно же не для слабонервных. Для кого оно плачевное, для кого – смешное, а для кого страшное. В любом случае на это без содрогания и слёз смотреть невозможно.
Но вот и настал день первого этапа соревнований. Накануне всех поздравили с началом праздника парусов, объяснили когда, откуда и куда, а так же кому с кем гоняться предстоит. Подъём у нас сегодня ранний, подготовка к старту полным ходом идёт. И вот яхта вымыта, погода предсказана, паруса нужные подготовлены, блоки пристёгнуты, фалы заведены. Андрей завтрак обильный приготовлен – ведь никто сейчас не сможет предсказать когда нам представиться возможность поесть в следующий раз. Во время гонки надо заниматься гонкой, «тягая верёвки» и вращая лебёдки, а не отвлекаться на приготовление, употребление и переваривание еды.
До старта час. Под дружное чавкание и мычание «смели» со стола всё, «что Бог послал». Пора покидать причал уютной гавани. Сюда мы вернёмся примерно через неделю. А утро слишком уж тихое. Ветерок ну хоть бы «дыхнул». Бухта, а вдали и море нисколечко от зеркала не отличаются. Прилетаем на стартовую линию, поднимаем паруса, глушим двигатель и … останавливаемся. Ведь яхта без ветра всё равно что человек без воды – «и ни туды – и ни сюды». На берегу народ праздношатающийся с нас глаз не сводит. А на каждой яхте предпринимаются отчаянные попытки хоть куда-то двигаться. Минут через сорок донёсся один – единственный «вздох» ветра. И судьи решили дать старт. Вот в небо взвилась одна ракета, через некоторое время – вторая. На судейском катере флаги меняются. Старт «открыт». А ветра как не было, так и нет. Все гадают, откуда прилетит «подарок небес», кому же первому из разбросанных по бухте яхт очередной «дых» достанется. Ведь именно такой счастливчик сможет сразу же вперёд вырваться. При этом вовсе не исключено, что через несколько минут «поедут» другие счастливчики, а вот, первый, полностью остановиться под злорадное молчание «ползущей» части флота. Но вот наконец-то кто-то позвонил в «небесную канцелярию» и там нажали соответствующую кнопку на пульте ветров. Вместе со всеми, в «золотой середине», начали двигаться и мы. Начались поиски «островков» ряби на воде. По всеобщему мнению именно там «хоть что-то дует». Должен сказать, что это не всегда так. Ведь ветер вполне может быть на высоте метров десяти, воды не касаться и рябью своё присутствие не выдавать. В таких случаях победа достаётся тому, кто лучше разбирается в признаках погоды, чувствует течения, понимает решающее значение рельефа берега, знает местные условия. Помню как-то в Болгарии мы, идя впереди всей армады яхт при слабом ветре, не учли влияния гор и оказались в «ветровой тени». Примерно минут через двадцать невдалеке от нас задул ветер. Все с креном и в пене пронеслись мимо в каких-нибудь двухстах метрах от нас. А пока мы выбирались из этой ж…, весь флот успел уйти довольно далеко.
Побережье Севастополя изобилует маленькими бухточками и из каждой из них может долететь до нас порыв ветра – иногда еле ощутимый, а зачастую такой, что яхта почти парусами на воду ложиться и как резвый скакун вперёд резко бросается. Вот кто понимает как всем этим пользоваться, тот от порыва до порыва, «короткими перебежками» вперёд и вырвется. Искать в такой штиль ветер в море – зачастую равно тактическому самоубийству. Худо-бедно добираемся постепенно к поворотной вехе у мыса Херсонес. Сейчас в этом районе тихо. А вообще мыс этот «славиться» не своим высоким маяком, а тем, что является как бы местной «кухней погоды». Часто бывает, что пока ты до мыса не дошёл – чувствуешь себя как на озере. Как только посмел нос за Херсонес высунуть – сразу же получаешь «зуботычину» в виде встречной волны и ветра, которого сразу становиться слишком много. В этот раз до самого финиша в Балаклавской бухте в условиях почти штилевой погоды мы с переменным успехом «играли в перегонялки» со своими соперниками. Гонка яхт – это зачастую карточная игра – до последнего момента никто не решается предсказать победителя. Как полный контраст сегодняшней погоде вспоминается прошлая гонка, наше первое знакомство с этим «зловредным» районом. В этот раз произошло «как в учебнике». Только мы из-за Херсонеса «высунулись», яхта стала грузно переваливаться с волны на волну. После огибания мыса ветер получился почти «в лоб». На этой болтанке тримаран «Хаджибей» под управлением супружеской пары из Ильичёвска, вынужден был сойти с дистанции и вернуться в Севастополь – у них возникла угроза потери мачты. Море одержало хоть маленькую, но победу – наши ряды несколько поредели. А шторм с юга всё усиливается. Каждая волна порцию соли на стёклах солнцезащитных очков «наращивает». Через каждые 3-4 волны приходится рукой соль удалять, чтобы хоть что-нибудь через них было видно. Идем совсем рядом с отвесными скалами. Страшновато стало, поясами страховочными попристёгивались. Но тогда вовсе не этобыло моей основной «головной болью». Больше беспокоило отсутствие карты Балаклавской бухты, совершенное незнание её расположения. С моря видны только серые отвесные скалы, окаймлённые пеной грохочущего прибоя. В Севастополе местные яхтсмены нарисовали нам на обрывке газеты примерный план бухты и линии финиша. Я план этот в голове держу, хотя и бумажку заветную выбрасывать не спешу. Идём, точнее прыгаем, за местной яхтой. До неё метров 500. Вот она-то нам безошибочно путь укажет. Но не тут-то было. В какое-то мгновенье наша «путеводная звезда» резко поворачивает вправо и … исчезает ! Мистика какая-то. Хоть назад ворочай. Летим прямо в тёмную, крепкую, мокрую скалу. Раздумывать или, пугаться, времени особо нет – соперники «на хвосте». И вот, за трёхметровой волной, в сравнении с которой наша большая яхта воспринимается как соломинка, пролетаем между скал и вдруг – о, счастливый миг! – видим, что бухта резко поворачивает вправо. Впереди идёт «пропавшая» было яхта и уже почти скрывается за следующим поворотом, теперь уже в противоположную сторону. Узкая бухта, извивающаяся между высокими скалами, исправно играет роль гигантской аэродинамической трубы. При поворотах ветер остается попутным. Паруса «самовольно» перелетают с борта на борт. Рассвирепевший гик кокнитом - окопом туда-сюда со свистом проносится. Быстро убираем стаксель, усмиряем гик, закрепив его в диаметральной плоскости, т.е. по центру, и так, под одним гротом финишируем третьими. Сейчас, во второй раз, финишируем эдаким «дружным коллективом», двигаясь почти по инерции.
Балаклова. Когда-то Куприн называл её «оригинальным уголком Русской империи». До недавнего времени это была одна из самых засекреченных бухт СССР. Здесь базировался подводный флот КЧФ. Сейчас же от всей этой армады «железных китов» осталась одна лодка, которая сиротливо догнивает у своего пирса. А справа, на высоком утёсе, прямо над входом в бухту хорошо видны руины Генуэзской крепости Чембало. Многие века крепость эта оставалась неприступной твердыней. Не смогла она устоять только под натиском орудий последней войны.
В Балаклавской бухте уже в 1770 году базировалась часть русской Азовской флотилии. С этим местом связывают путешествие Одиссея. В Балаклаве сохранилось самое старое на Украине здание, которое эксплуатируется и сегодня. Это церковь, построенная ещё в 1357 году. На берегах этой укромной бухты имели свои дачи Чехов, Горький.
Вместе со всеми швартуемся к набережной, практически в центре города. Кстати здесь, в некогда засекреченном месте, куда попасть можно было только по специальным пропускам, сейчас задумывают строительство международной яхтенной марины (в нашем понятии – яхтклуба).
Вечереет. Быстренько перекусив, бежим в гору, к руинам крепости, спеша прикоснуться к древности. Сверху, как бы с птичьего полёта, открывается вид на узкий, извилистый вход в бухту. Глубина здесь больше, чем ширина входа. Здесь снимали когда-то эпизод фильма «Пираты XX века”. Несколько дальше можно различить вынутые “внутренности” той горы, напротив которой сейчас стоит наш высокомачтовый яхтеный флот. Гора как гора. Пологая, неприметная, но крайне интересная! Дело в том, что внутри она почти пустая. В рукотворных пещерах, в её недрах находится завод, где одновременно могут ремонтироваться три большие подводные лодки. Точнее не могут, а могли. Причина здесь та же, что и повсеместно. Некогда секрктнейший объект, “подгорной” площадью 10 000 квадратных метров на сегоднящний день полностью разграблен “металоискателями”. А чтобы ещё больше раззадорить “народ трудовой”, прямо у проходной военной части приютилось несколько пунктовпо приёму металлолома. А ведь ещё так недавно у этого причала с оркестром встречали вернувшуюся из морских пучин лодку, которая спустя некоторое время через громадные ворота входила в подземный завод, а выходила уже прямо в море, через другие ворота.
А теперь, стоя на том же месте у крепости, посмотрим в противоположную сторону. Для человека, живущего среди равнин и степей там открываеться поистене завораживающее зрелище. С высоты нескольких сот метров почти отвесно обрываеться мыс Айя (Святой). Отсюда начинаються “настоящие” горы Крыма. О склоны мыса труться боками кучевые облака. При желании их можно коснуться рукой. Нет, мы на нашихравнинах тоже “не лыком шиты”, тоже иногда к облакам касаемся. Только облака такие у нас называються просто туманом. И когда он поднимаеться, то уже недосягаем. А в горах можешь бежать вверх по склону и постоянно как бы в тучке находиться.
Пока мы на своих вершинах красотами любовались на набережной, прямо у наших яхт рота солдат «живым забором» огородила будущую импровизированную сцену. Здесь вот – вот начнутся народные гуляния в связи с днём Севастополя, одним из районов которого является Балаклава.
До позднего вечера ошалевшие яхтсмены были зрителями праздника, в полную силу участвуя вместе со всеми в самоотверженной акции по уничтожению местных запасов пива. Затем был праздничный салют (сказать по правде - жалкое подобие салютов в нашем Южном). Когда же официальный салют отгремел, в воздух начали взмывать разноцветные ракеты, «запускаемые» окончательно развеселившимися участниками регаты.
На следующее утро «отдохнувшие» и «посвежевшие», практически без неприкосновенного запаса ракет, которыми подают в море сигнал бедствия, парусная армада выходит на старт очередного этапа.
Сигнальной ракеты не было. Стартовая процедура проводилась посредствам поднятия определённых флагов. К моменту страта наша яхта оказалось далеко от судейского судна и за плотностной стеной парусов флагов мы неувидели. Но по тому, как весь флот «поехал» в одну и туже сторону было ясно, что пара и нам двигатся туда же. Старт дан. Проходим в полуметре от ржавой подводной лодки и оказываемся в довольно неплохом положении – в первых рядах. Выходящий из уского «горла» бхты хлота рассеивается по просту морской глади. Каждый ищет свой путь к финишу. Постипенно «доползаем» до Айи. Самой вершины по расщелине к воде тянится как бы река, только каменная. Отсюда начинается ЮБК- южный берег Крыма, который тянется на 260 киломметрав до самого Карадага. Если внимательно посмотреть на карту полуострова, то можно отметить, что 80% занимают степи. И только оставшаяся часть принадлежит горам, которые, резко обрываясь в море, заслоняют собой холодный северные ветра. Здесь очень мягкий благодатный климат и собсредиземноморские ландшафты. С незапамятных времён здесь жили свободолюбивые племена тавров, давших в последствии название полуострову Таврида или Таврия.
Проходим самую чистую бухту – Ласпия. Это уже по ту сторону мыса Айя. К скалам этого мыса можно подходить вплотную и если при этом громко крикнуть, то вам ответит многократное эхо. Всюду среди зелени видны дома и домишки. Пансионатов здесь гараздо больше, чем домов местных жителей. В бухте Ласпи расположился дельфинарий. Дошли до мыса Сарычь. Это самая южная точка Украины. Отсюда до Турции «всего» каких-то 260 километров.
Очень скоро дошли до Фороса, до ставшей как-то в одночасье знаменитой, дачи «государственных мужей». Ещё немного и уже видна на фоне гор на высоком обрыве красивая Вознесенская церковь. Но нам, особенно рулевому, сейчас не до красот. Закончилось время штиля и срывается восточный ветер. Забегая вперёд могу сказать что с таким «противным» ветром и крутой волной мы прошли весь этот длинный этап до самой Феодосии. А если снова обратиться к воспоминаниям прошлой регаты, когда мы на этом этапе шли только до Артека, то именно с этого места начинался напряженнейший момент во всей регате. И в прошлый раз именно здесь, у Фороса, в начале так называемой Большой Ялты (побережья от Фороса до Бурзуфа называется именно так) нам тоже стало не до красот. Тогда нас начал стремительно «доставать» ненавистный попутный шторм. Всё увеличивающиеся волны ни на мгновение не давали расслабится. Шли мы тогда под спинакером и всё больше и больше начинали зарываться в волну, которую обгоняли. Через несколько часов руки буквально онемели. Когда врезаешься в попутную волну, то яхта конечно же тормозит. А ветер продолжает дуть с той же силой и стремиться её перевернуть. Такие моменты, практически каждую волну, нужно чувствовать и на мгновение раньше их упреждать. Конечно рано или поздно наступает сильная усталость, что влечёт за собой некоторую потерю внимательности. В общем как только мы пронеслись мимо символа Крыма-Ласточкиного гнезда, я «пропустил несколько волн и яхта ушла в «брочинг». Это такое неуправляемое движение, при котором паруса вполне могут коснутся воды –крен доходит до 80-90 градусов. Справиться с этим можно, но нужна определённая сноровка. Чтобы до конца понять полный смысл действия под названием «брочинг», давайте снова прибегнем к уже испробованному методу сравнений. ОН конечно не объяснит всего, но суть происходящего уловить можно. Предположим, вы несётесь с горы на велосипеде. Для полноты ощущения допустим, что цепь «сошла» со звёздочки колеса и из тормозов у вас остался только передний. Скорость 40, 50 километров, вы попадаете на участок с так называемой «стиральной доской». Сколько времени вы сможете удерживать вырывающийся руль? Думаю, что рано или поздно настанет момент, когда колесо у вас «подвернется» А если ещё и резко на оставшийся тормоз нажать? Я не знаю, как классифицируется такой «полёт» на велосипеде. На яхте это называется «брочинг». С трудом убранный спинакер больше не ставили. Глядя на наше злоключения флотилия яхт мгновенно убрала лишнюю парусность. Гонка продолжалась под одними гротами. Один из наших соперников, имея парусность такую же, как и у нас, но вдвое легче корпус до этого места нас обгонял. Теперь же, «благодаря» своему меньшему весу он начал постепенно отставать. Наша очень тяжелая яхта имеет преимущество на сильном волнении. Метров за 800 до финиша мы его обогнали и вторыми влетели в маленькую, заполненную яхтами, гавань Артека. Раздается финальный свисток. Но расслабляться ещё рановато. Нужно быстро убрать парус, и пришвартоваться, никого не задев и не сорвав с якоря. При этом нельзя мешать тем, кто финиширует вслед за нами.
Сегодня же мы это гостеприимного место пока проходим мимо. Идем на Феодосию, прыгая с волны на волну встречного шторма. А прыгать нам так предстояло, выполняя роль некоего «морского утюга» аж до самой Феодосии. Вскоре вся «крылатая» флотилия растворяется в наступающей ночи. Находясь в стороне от судоходных путей, как правильно все идут на заведомое нарушение правил плавания в темное время. Никто не «горит» желанием включать навигационные ходовые огни. Здесь преследуется две цели –экономия ресурсов аккумуляторов и , что гораздо важнее, скрыться от соперников. Да, по правде говоря, огни яхты, расположенные довольно низко над водой на самом носу не слишком заметны с большого судна. К тому же эти источники света совершают эпизодические погружения под воду на качке. А чтобы судно это больше нас невзначай не «переехало» ночью –всегда под рукой находится фонарик. Когда слабенький его лучик попадает на полотнище парус –его сразу же можно заметить, причём с довольно большого расстояния.
За ночь «дошлёпали» до Карадага. Вид занимающейся утренней зори, а затем восход солнца над воистину лунным ландшафтом заставляет на время забыть о качке и усталости. Горы Карадага –это результат вулканической деятельности и выветривания. По мере продвижения на восток ввиду разности высот остроконечных пиков наблюдаем один за другим сразу три поочерёдных восхода нашего небесного светила. В предрассветной дымке находим разбросанные по всему горизонту паруса. На таком расстоянии нельзя сказать где именно наши соперники –слишком далеко мы поразбредались по морю. Скорее всего все наши «конкуренты» где-то впереди. Они здесь «все мели знают» и поэтому избрали более опасный и длинный путь. В опасной близости они буквально «облизывают» прибережные скалы. Расчёт здесь очень прост –в маленьких бухточках, за каждым мы сочком можно время от времени укрываться от крутой волны, делая рывки вперёд по тихой воде. Мы же вынуждены «переть» по жарчайшему пути между двумя точками, выигрывая в расстоянии, но из-за волны очень сильно проигрывая во времени. Но такому решению, такому «тактическому самоубийству» есть оправдание. У меня, как у капитана, самая главная задача –сохранить яхту и экипаж, а уже потом занимать места в соревновании. В этом районе мы впервые и соваться ночью в условиях шторма к «чужим» скалам было бы неоправданным риском. Как говорит известная пословица: «Не зная брода- не лезь в воду». Целее будешь.
К обеду дошли до ещё одной достопримечательности. Это «Золотые ворота» -одинокая скала «Л» -образной формы, стоящая недалеко от берега. Здесь же находится Коктебель. Это родина планеризма, а по сути и авиации. А всё благодаря мощным восходящим потокам воздуха, «виновником» которых являлся ландшафт Карадага.
В Феодосию приходим под вечер. Изначально всем яхтам после финиша было предписано становиться на якорь у набережной. Но там кроме клокочущего сильного прибоя ничего нет. Все заходят в порт. Пересекаем обусловленную линию финиша. Финального свистка нет. Остаётся одно –глубоко наплевать на процедуру финиша и поспешить в укрытие. Заходим в порт. И вдруг –ушами своим не верим –свисток. А мы уже и не чаяли… Как после выяснилось судья- дай им Бог здоровья –из-за шторма перенесли линию финиша. Конечно совсем не плохо было бы, чтобы эти изменения «походу пьесы» знали и участники регаты. НЕ сразу и с трудом среди железных конструкций на берегу замечаем судью, машущего флажком. Поднимаю руку в знак того, что его заметили и поняли. Долго крутимся по акватории порта в поиске «места посадки» наконец-то находим уголок среди стоящих на ремонте малых кораблей бывшего Краснознамённого Черноморского флота. Часами к 18 выходим знакомиться с городом. Феодосия в переводе означает «Богом данная». Основан этот город греками ещё в 11 веке до н.э. к 14 веку этому древнему городу суждено было стать центром работорговли под именем Кафа. Через эту зловещую «перевалочную базу» в числе тысяч рабов прошла и украинская девушка, которой суждено было впоследствии стать повелительницей Отомманской империи, легендарной Роксоланой. А самый знаменитый человек в Феодосии, это конечное же Айвазовский. Рядом с его домом, где сейчас расположена художественная галерея, расположился музей А. Грина, музей дельтапланеризма, кстати единственный в мире. К сожалению уже поздно. Всё закрыто. А завтра –вот незадача –у них выходной день. А после завтра утром мы уходим. Нет, это же стоило переться с противоположного конца Чёрного моря, чтобы взор упёрся в «зловредную» табличку с двумя словами: «Выходной –среда»! Обидно ведь.
На следующее утро весь личный состав яхт был выстроен на причале. К нам пожаловал мэр Феодосии, Вручивший грамоты победителям этого этапа. Но «наглые» яхтсмены «одесской половины» вместо ответной благодарности ему тут же ехидный вопрос подкинули по поводу «неправильного» выходного музеев. К нашей всеобщей радости, а может и к некоторому удивлению, он совсем на нас не озлобился и не обиделся. Тут же была отдана соответствующая команда и к обеду для всех участников регаты гостеприимно распахнулись двери музеев. Вот уж воистину –«нахальство –второе счастье».
Феодосия стоит на восточной оконечности Крымских гор. Отсюда и до самой Керчи ландшафты не вызывают более слов восхищения –холмистая местность, выгоревшая пыльная трава, безликие берега Феодосийского залива. Здесь в 19 веке базировалась часть парусного Черноморского флота.
И вот мы снова на старте. Отсюда нам предстоит описать огромную дугу до Евпатория с остановками в Артеке, Ялте и Ласки. Яхты носятся на остатках ветра уходящего шторма взад-вперед вдоль стартовой линии, определяя найвыгоднейшее место для старта. Флотилия скорее сейчас может напоминать свору ездовых собак, которых вот вот запрягут в упряжку и они дружно рванули в неизвестность, постепенно растворяясь в бескрайних просторах.
Стартуем в стороне от основной «кучи». Звуковых сигналов нет (ведь всё израсходовано в Балаклаве), а сигнальных флагов за лесом мачт и полотнищами парусов разглядеть невозможно. Остается только смотреть на часы и стартовать по обусловленному времени. В какой-то момент вся парусная армия на мгновение как бы замерла и вдруг сорвалась с места. И мы рванули. Хоть и «под ветром» у всех, но в первых рядах. Как очень скоро мы убедились, тактика наша вполне себя оправдала. Тем временем, пока «куча» «выясняла отношения», уступая друг другу дорогу согласно правил, нам удалось несколько оторваться. Ветер, который мы ещё недавно преодолевали сейчас, при обратном курсе, стал почти попутным. К вечеру «долетели» до Карадага. И снова горы и Солнце, теперь уже на закате. Мы идём вперёд, а Солнышко опускается вниз. Вот оно несколько задержалось на высоком остром пике, затем перешагнуло на другой, более низкий и наконец начало полностью погружаться в живописное ущелье. Освещённые нежно –розовым цветом огромные разноцветные спинакеры яхт до самой темноты притягивают к себе взоры. А солнышко до утра попрощалось с нами последними лучами. Погасло зарево заката. Небо из розового постепенной становится темноватым, насвищаясь всё больше густой синевой. Засняла «закатная» звезда . Это соседка Земли –Венера. А за ней, как лампочки громадной гирлянды, включаются все звёзды небосвода.



(Продолжение следует...)


Создан 11 апр 2007



  Комментарии       
Всего 1, последний 7 лет назад
koliry 13 мая 2011 ответить
очень увлекательно...я заинтересовалась темой по причине весьма отдаленной от парусного спорта, но кто знает, чем закончится этот интерес. продолжайте описывать свои походы и соревнования
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником